Алекс Дубас «Моменты счастья»

15.08.2016

Ведущий телеканала «Культура» и радио «Серебряный дождь» Алекс Дубас много лет собирал у своих гостей воспоминания о моментах счастья.

Сборник, в который вошла почти тысяча историй о счастье разных людей, как обычных, так и известных, выходит в издательстве «АСТ».

dubas-book-super-TAGS-rdy-moh_2

Иллюстрация предоставлена издательством

Мой момент счастья бывает, когда я напишу много. К примеру: я все лето сидел в Одессе и писал, а потом мы сели на баржу, которая стояла под Одессой на Истре. На барже стоял длинный стол, человек на сорок-пятьдесят. Я читаю, баржа идет, рулевой-матершинник управляет... Точнее — толкает катером, он поворачивает баржу, только когда она стукнется о берег. Удар — поворот, удар — поворот, вот так и управляет. И вот он, момент счастья. Когда я написал и ни разу еще не пробовал читать, и на этой барже слышу хохот, слышу понимание, у кого-то слеза, кто-то замолчал, удар, поворот, я снова читаю... И потом мы выходим и выпиваем на берегу. И чем-то закусываем. А потом движемся дальше — вот это для меня был момент счастья. Конец лета — середина сентября, баржа, толкаемая катером.

Михаил Жванецкий, писатель

Думаю, что бывают всего два варианта минут счастья. Один — достижение: хотел чего-то и достиг, дошел до вершины. Это и обладание желанной женщиной, и получение власти, и избавление от болезни. Второй вариант — внезапность. Это от тебя не зависит, ты к этому не шел, ты этого не желал, оно само тебя выбрало. Счастье от достижения длится только мгновение и сразу уходит. И уже сразу хуже. Потому что на вершине нельзя держаться, вершина — это острие, пик. А вот внезапность бывает и чередой мгновений.

Вот такое чувство, когда мгновения как-то растянулись, я помню от пейзажа. Было это в районе города Мценска. И было это несколько лет назад во время съемок фильма ≪Отцы и дети≫. На берегу реки намечалось празднование окончания недели работы. И мне все нравилось: нравилось играть роман Тургенева, нравилась компания, делавшая фильм. Хорошее настроение, но это бывает. Я шел к реке один, потому что припоздал и все были уже там. И тут случилась внезапность. 

Я увидел пейзаж, который меня совершенно потряс. Это была гармония: размеров деревьев, пустого пространства перед ними, которое заросло какой-то совершенно волшебной естественной травой, как будто никогда не тронутой и вместе с тем не загрубевшей, часа дня, который совпал — примерно начало вечера, шестой час, летней поры, сочетания звуков шумевшей листвы, потому что надо мной тоже были деревья. Я остановился в этом умиротворении, в этом упокоении и просто стоял долго, не мог сойти.

Вот тут я сказал себе: ≪Слушай, это счастье, счастье!≫ Стоял я, думаю, минут пятнадцать. Совершенно остолбенев от того, как все совпало. Это ни от кого не зависело, и мне не нужно было какими-то силовыми, умственными способами пытаться сохранить это положение. Оно ни от кого не зависело. Это было совпадение, идеал, чистое звучание гармонии: света, цвета, звука, часа и моего там положения, как части всего этого.

Я стал по вашей просьбе вспоминать, какие же были моменты счастья в моей жизни. Были ли моменты приятные, были ли торжественные и вдохновенные? Да, разумеется. Но счастьем бы я все это не назвал. Счастье для меня — это хотя бы вера в то, что может быть такое совпадение. Я его испытал, наверное, не раз, но все ушло из памяти. А вот это недавнее впечатление, его я помню и могу попытаться восчувствовать.

Сергей Юрский, актер

Я иду по Большой Дмитровке в субботу вечером. Народ тусуется. Всем страшно весело. Тепло, темно, лето. А я такая — одна. И пошла пешком, чтобы посмотреть на Москву не из окна автомобиля, а — вживую. Иду, а сзади рядом едет велосипедист.

Он меня в лицо не видит, в спину говорит: ≪Хотите, подвезу?≫ Прикалывается мальчик. Я оборачиваюсь и говорю: ≪Нет проблем, поехали≫. И тут он видит, с кем дело имеет: ≪Не может быть≫.

— В такой вечер все может быть.

— А как я вас повезу?

— А зачем предлагали?

В результате он поехал на прямых ногах, то есть не садился на сиденье, а я села на сиденье. Ноги у меня очень длинные, это я себе комплиментик сделала сейчас, поэтому пришлось их держать на прессе. Я таким уголком ехала. А он, бедный такой паренек, тянул этот велосипед со всеми моими шестьдесят четырьмя килограммами. И это был теплый вечер, такая бабья осень, и вокруг люди, и эта улица, и я еду, ноги у меня уголком, я еду по Большой Дмитровке. И наступило абсолютное счастье.

Ирина Хакамада, политик

Человеческое счастье — это пить с акушерками шампанское в здании, где только что родился твой ребенок и ты присутствовал при его появлении на свет. А актерское счастье бывает и таким: когда-то я играл Треплева в ≪Чайке≫ Чехова. И задумано было режиссером так, что мой персонаж стреляется, то есть умирает на сцене, при зрителях. И вся наша труппа, в том числе и я, были счастливы, когда не было аплодисментов. Сцена... эхо выстрела... медленно закрывается занавес, чтобы уже больше не открываться... и абсолютная тишина.

Ивар Калныньш, актер

Счастье может накрыть внезапно и просто так. Со мной оно случилось недавно на прогулке в Екатерининском парке в один из самых теплых последних дней, когда еще в легких одеждах с короткими рукавами можно ходить. Иду по этому скверику, и вдруг возле одной часовенки на аллее на меня такая какая-то благодать снизошла, нахлынула! Состояние такое было, казалось, что все-все возможно, что все хорошо, нет никаких нерешаемых проблем, вопросов, все, совершенно все происходит лучшим образом, жизнь удивительна, прекрасна, красива.

Сати Казанова, певица

Октябрь 2000 года. На юрмальской даче мы отмечаем день рождения нашего друга Каспара. Мы выходим на улицу подышать и посмотреть на звезды. Там — зябко, и мы уже жалеем, что покинули теплую комнату с камином. Но мужественно кутаемся потеплее и поднимаемся на горку. Плюхаемся на листву и, прижавшись друг к другу, смотрим на луну, отражающуюся в реке. Вдруг кто-то предлагает на нее повыть... И вот мы, двенадцать трезвых еще, в общем-то, человек начинаем выть, подражая волкам. Сначала был кураж, а потом все началось по-настоящему. Мы выли с удовольствием. В нашем вое была боль, радость, страдание, решительность и обреченность, там были опыт и предвкушение, в нем слышались обиды и надежды... Что это было? Массовый транс? Не знаю. Знаю, что был абсолютно счастлив тогда, сидя с друзьями и воя на луну.

Алекс Дубас, радиоведущий

Август 2005 года, три часа назад я вышла из поезда на Московском вокзале в Санкт-Петербурге. Я первый раз ехала в поезде, первый раз одна, мне девятнадцать лет. Меня встретил мой хороший друг и привел в коммунальную квартиру на улице Рубинштейна, на самом последнем этаже. И вот я приняла душ, вошла в комнату, открыла окно, а за окном крыша веранды жильцов этажом ниже. А на крыше стоит красный диван. Я поднимаюсь на подоконник, шагаю на эту крышу, сажусь на диван, откупориваю бутылку пива. Солнце садится. Где-то за домами виден купол Исаакиевского. Внизу кто-то играет на трубе. На стене напротив, рядом с булочной, надпись «другой мир существует». Я глубоко вдыхаю жаркий питерский воздух и понимаю — я счастлива...

Настя

Декабрь. Снежная ночь. В доме все уже спят, я еле-еле управилась со всеми домашними делами и поднимаюсь на второй этаж спать. Вдруг вспоминаю о неразвешанном белье... разворачиваюсь в сторону ванной и вижу, что кто-то из домашних его уже развесил…

Алина

Читайте также отрывки из других книжных новинок:

Джейн Шемилт «Дочь» >>

Чак Паланик «Бойцовский клуб — 2» >>

Сергей Лукьяненко «Кваzи» >>

Ринат Валиуллин «Где валяются поцелуи. Париж» >>

Рейчел Джойс «Невероятное паломничество Гарольда Фрая» >>

Ричард Флэнаган «Смерть речного лоцмана» >>

Игорь Губерман «Ботаника любви» >>

Елизавета Александрова-Зорина «Человек без лица» >>

Тесс Герритсен «Жатва» >>