Александр Снегирев «Я намерен хорошо провести этот вечер»

21.04.2016

Новый сборник рассказов писателя Александра Снегирева, лауреата премии «Русский Букер» 2015 года, рассказывает о мужчине, который вновь хочет почувствовать апрель в своем сердце.

Книга вышла в издательстве «Эксмо». Представляем отрывок из заглавного рассказа «Я намерен хорошо провести этот вечер».

Обложка книги "Я намерен хорошо провести этот вечер"

Фото предоставлено издательством «Эксмо»

Перед зеркалом мальчуган с тонким длинным галстучком тщательно смачивает пепельную челку водой. Придает волосам нужную форму.

Ближайшая ко мне дверка распахнулась, выпустив изящную девчушку в платье и низких сапожках. Я зашел в освободившуюся кабинку, заперся. Приходится слить воду. Испытываю едва уловимое разочарование; всегда думал, что изящные девчушки в платьях обязательно за собой спускают. Почему я так думал? Мужской шовинизм. Все одинаковы, изящные девчушки не исключение. Они тоже не спускают за собой в сортирах. Искренне радуюсь, что не утратил способность удивляться. Значит, старость еще не целиком меня сожрала.

Мальчуган с галстучком продолжает совершенствовать челку.

Проталкиваюсь через толпу. Целуются. Одинокая девочка яростно танцует с закрытыми глазами. По лицам, затылкам, плечам бегут растительные узоры светомузыки и «снег» от зеркальных шаров под потолком.

На стойке бара ведра с нарциссами. Острый запах прелести, наглости, ранимости и весны. Я так пах десять лет назад. Я тоже был хрупким. Тоже вертелся перед зеркалом подолгу. Грудь гладкая, безволосая. Редкие волоски я выщипывал. Тогда в моде были хрупкие мальчики. Я изо всех сил старался быть хрупким.

За спиной барменов огромное зеркало. Вижу себя. Передо мной спины снующих барменов, за мной море танцующих. Теперь я смотрю на это море, а бывает, я танцую в этом море и кто-то смотрит на меня. По моему лицу бегут растительные узоры и буквы видео-проекции. Господь что-то пишет на мне. Не разберу, что.

Привлечь бармена целое дело. Надо работать локтями, орать, опережать конкурентов. Все, как на тонущем корабле. Лучший способ обратить на себя внимание — показать крупную купюру. Бармены, как женщины, увидят деньги и сразу понимают, что у тебя серьезные намерения.

Взгляды ласкают, тела касаются. Может, влюбиться?

Взял два лонг-айленда. Это наша с подругой традиция — убираться лонг-айлендом. Я ни с кем больше не пью лонг-айленд, только с ней. Не потому, что «святое», просто больше никто не предлагает пить лонг-айленд. Может, у меня круг общения узковат, а может, просто любителей лонг-айленда в Москве мало. А сам я не заказываю. Предпочитаю чистые напитки.

В прошлое наше подобное свидание, несколько лет назад, выхлебав штук по восемь лонг-айлендов, мы долго целовались, и я облапал ее всю. Она тоже дала волю рукам. Все шло к пьяному траху в подъезде, но у меня в какой-то момент сработал тормоз. Подруга до сих пор уверяет, что тормоз сработал у нее. В любом случае, хорошо, что он сработал у кого-то из нас и ничего не случилось. Те, с кем у меня тормоз не срабатывал, не составляют мне компанию по питью лонг-айленда. А ведь с кем-то его нужно пить.

Теперешний лонг-айленд — четвертый по счету за вечер.

«Вот, сучка, — думаю. — Жених в командировке, а ты шляешься».

Ревизия друзей мужского пола перед свадьбой. Сегодняшний вечер выделила мне. Посмотрим, чем дело закончится.

Взгляды ласкают, тела касаются. Может, влюбиться? Так не хватает настоящего. Весна, свежесть вокруг, прелесть. Да ну... я уже люблю мою детку. Мне интересно с ней, я хочу ее. Это ведь называют любовью? Только апреля в сердце нет. Ни в ее сердце, ни в моем. Хочется просто хорошо провести вечер.

Она из тех, кто может утром выйти пастись, а вечером не вернуться. И вообще никогда не вернуться.

Разговор переключился на кризис. На политику. На уроки истории. Говорим о волках и баранах. Русские, как выпьют, сразу о политике начинают. Или о войне. Травмированые мы. Даже женщины. Подруга говорит, что нам нужен царь, сталин какой-нибудь. Мы без пастуха не можем, быдло мы. Стадо. Наши спинушки по кнуту соскучились. Чтоб как в баньке крепко огрели. Да не веничком, а плетью. Разок, другой, третий. Эх, хорошо!.. Я даже не спорю. Такая банальщина, новенькое бы что-нибудь придумала.

Подруга, хоть и накирялась уже, хоть глаза у нее и остекленели малек, но тормошит меня активно. Типа, давай, выскажи мнение, нельзя быть общественно пассивным. Что тут скажешь. Лично мне сталин не нужен, я из тех баранов, которые сами, без конвоя, могут выходить утром на пастбище, а вечером возвращаться в хлев. Я могу не воровать даже, если за мной не будут присматривать, могу не ломать деревья не из страха перед наказанием, а просто так. А ей сталин нужен. Она из тех, кто может утром выйти пастись, а вечером не вернуться. И вообще никогда не вернуться. Увидела барана из другого стада и про своего барана забыла.

Громкая музыка. Каждое слово приходится в ухо орать. Это сближает. То губами непроизвольно мочки коснешься, то щекой щеки, то ее прядь за мою щетину зацепится. Приходится отцеплять. Детка моя в отъезде, вот я и не бреюсь.

После четвертого лонг-айленда глаза подруги перестали быть стеклянными, а стали чувственными. Губы приоткрываются чаще, чем надо бы. Я тоже пьян и только догадываюсь, как выгляжу. Наверное, один глаз у меня открыт широко, а другой наоборот, прикрыт. У меня с лицом всегда такое творится, когда нервничаю, устану или выпью. Что-то с мускулами. Башкой в детстве ударился, с тех пор морда перекашивается. Вид довольно дикий. Одних пугает, других заводит.

Интересно, скоро ли мы поцелуемся?

Читайте также отрывки из книг:

Оливер Петч «Дочь палача и ведьмак» >>

Жан-Поль Дидьелоран «Утренний чтец» >>

Этгар Керет «Микки» >>

А.Дж. Риддл «Чума Атлантиды» >>

Герман Кох «Звезда Одессы» >>

Блейк Крауч «Сосны. Заплутавшие» >>

Чак Паланик «Полный папец» >>

Донни Уотсон «В ногах моих — огонь» >>

Мишель Уэльбек «Покорность» >>