ХОРОШИЙ ПЛОХОЙ ЗЛОЙ

21.08.2009

PLAYBOY Квентин, очевидно, «Бесславные ублюдки» – ваш самый выстраданный проект. Вы задумали его еще до «Криминального чтива», ваши друзья читали отрывки из сценария на протяжении десяти лет, название родилось лет семь назад… Как считаете, удалась картина?

ТАРАНТИНО Понимаете… я имею в виду… О Боже, ну не нахваливать же мне самого себя, словно курица куриный суп! По сути дела, и недели не прошло, как я закончил картину. Я еще слишком сильно в ней, чтобы объективно понимать, получилось или нет. Надеюсь, да. Черт его знает.

PLAYBOY А почему Вторая мировая?

ТАРАНТИНО Слушайте, не ищите глубокого подтекста. Я просто люблю рыться в жанрах: это может быть фильм про войну, или вестерн, или мюзикл, или рубилово какое-то. Что только я не снимал, а до такого жанра руки пока не доходили. Вот и решил попробовать. Скажу больше: меня привлекает даже не жанр, а поджанр. Фильм про войну может быть батальным полотном или камерной историей «парни на спецзадании». Когда я хочу снять фильм, я усаживаюсь в кресло и думаю: «Так… А не попробовать ли мне себя в таком-то жанре?»

PLAYBOY Фильмов про Вторую мировую снимают массу. Вашему удастся не потеряться?

ТАРАНТИНО А я понимал, что не стану снимать еще одну военную сагу о том, как Европе досталось
от нацистов. Знаете, все фильмы про войну почему-то снимают с точки зрения жертвы. А мой фильм практически и не про войну даже – я просто поместил своих героев и свои сумасшедшие идеи в тот период времени.

PLAYBOY «Ублюдки…» – важный этап вашей жизни?

ТАРАНТИНО Очень важный. Хотя, понимаете, каждый раз, приступая к съемкам, я воспринимаю это как «важный этап». Тем более что новым фильмом ты стараешься перепрыгнуть себя самого, себя из прошлого. Бывает тяжело, бывает легко, бывает вообще невозможно. Но я всегда пытаюсь. Друзья часто успокаивают меня: «Чувак, с чего ты втемяшил в голову, что новый фильм должен быть круче предыдущего? Снимай без оглядки на былое». Головой
я понимаю, что они правы, но поделать с собой ничего не могу, увы.