РОГЕННАЯ ЗОНА

29.05.2009

PLAYBOY: Обычно ты изображаешь эдаких обаятельных придурков, а в «Типа крутом охраннике» сыграл начальника службы безопасности торгового центра Ронни, адского засранца.
РОГЕН: (Смеется). Да, это не тот парень, с которым хотелось бы провести время. Мне кажется, люди смотрят на моих персонажей в кино и думают: я бы потусовался с ним. Но не в этот раз.
PLAYBOY: Наверное, из всех твоих экранных персонажей Ронни меньше всего похож на тебя в жизни. Между вами есть что-то общее?
РОГЕН: Мы оба не любим полицейских. Ронни их терпеть не может, и я испытываю примерно такие же чувства. Это, кстати, касается и других фильмов, в которых я сыграл.
PLAYBOY: У тебя были стычки с полицией?
РОГЕН: Когда я был моложе, конечно. Нас постоянно ловили с травой и пивом. Когда я первый раз приехал в Лос-Анджелес, меня поймали курящим траву на пляже в Малибу и хотели потащить в суд. Это было безумство. Я думал: «Мы в Лос-Анджелесе. В этот момент примерно 400 человек погибают здесь от рук убийц, а эти двое целый час катают на меня повестку в суд за курение травки на пляже». Мне это показалось дикостью.
PLAYBOY: Порнозвезда Рон Джереми бреет спину перед съемками. Ты как-то специально готовишься к тому, чтобы раздеться в кадре?
РОГЕН: Нет, совершенно. Перед съемками «Немножко беременна» мне хотели побрить спину, но я отбрыкался. Мне это не показалось хорошей идеей. В «Типа крутом охраннике» я хожу без рубашки и также показываю всем свою волосатую спину. И это прекрасно.
PLAYBOY: Единственное, что ты еще не сделал – не показал член.
РОГЕН: Я знаю, знаю. Когда в фильме «В пролете» Джейсон Сигел продемонстрировал член, это меня задело. Я подумал: «Черт! Это значит, и мне придется сделать то же самое? Значит, теперь так?» Я не знаю, готов ли я к такому. Возможно, я покажу свои яйца. На мой взгляд, яйца забавнее члена.
PLAYBOY: Что может подвигнуть тебя снять штаны перед камерой? Все будет зависеть от материала?
РОГЕН: Будет, конечно. Это должно быть действительно смешно. Я очень серьезно подхожу к откровенным сценам. Я как Мэрил Стрип.
PLAYBOY: Почему демонстрация мужских гениталий в последнее время превратилась в комедийную фишку?
РОГЕН: Я думаю, это волнообразный процесс. Чтобы комедия по-настоящему подействовала, она должна в некотором смысле шокировать, но в последнее время становится все труднее шокировать зрителей. Так что теперь нам приходится снимать трусы.
PLAYBOY: Сейчас из секс-комедий почти исчезли голые женские груди. Они что, менее смешные, чем пенисы?
РОГЕН: Конечно. На мой взгляд, они совершенно не смешные.
PLAYBOY: Почему?
РОГЕН: Потому что невозможно мастурбировать и смеяться одновременно. Понимаешь, о чем я? Женская грудь и комедия стимулируют две конфликтующие части мозга. Я возбуждаюсь при виде груди или смеюсь, потому что это комедия. Нет уж, для мужских мозгов это слишком.
PLAYBOY: У женщин все по-другому?
РОГЕН: Абсолютно по-другому. Женщин не возбуждает поникший член, как нас возбуждает голая грудь. Независимо от того, привлекательна она или нет.
PLAYBOY: Ты помнишь первый порнофильм, который ты смотрел?
РОГЕН: Да, он назывался «Жена рыбака» и по-настоящему меня шокировал. В одной из сцен парень кончает в пепельницу, кидает ее девушке и заставляет все вылизать. Я просто офигел! Я стал бояться секса. Я увидел этот фильм, будучи подростком, задолго до того, как стал заниматься сексом. Я думал, что это и есть весь секс. Я думал, как я туда попаду? Я даже целоваться-то пока не умею. И мне придется принести пепельницу?
PLAYBOY: В ежегодном альбоме выпускников средней школы ты написал: «C тех пор как я стал зарабатывать больше своих преподавателей, все встало на свои места». Ты до сих пор так считаешь или же это был юношеский эгоизм?
РОГЕН: Я не буду этого отрицать. Мне было 17, и я только что получил 30 000 долларов за «Чудиков и чокнутых», что в то время казалось мне целым состоянием. Да, я был чертовски самоуверенным маленьким засранцем.
PLAYBOY: В отличие от своих одноклассников, ты зависал в ночных клубах, тебе приходилось часто слышать грязные шуточки своих взрослых коллег по площадке. Все это как-то повлияло на твое юное сознание?
РОГЕН: Конечно. Я стал невосприимчив ко всякому разврату. С 13 лет, когда я переехал в Лос-Анджелес, я постоянно слышал, как люди рассказывают самые грязные шутки, какие только возможны, и видел, как дико они над ними смеются.
PLAYBOY: Какое твое самое ужасное воспоминание из детства?
РОГЕН: (Долго думает.) Однажды, когда я был во втором классе, я стоял в углу класса, ковыряясь в носу. В этот момент в класс зашел дворник, увидел меня и сказал: «Эй, все, смотрите! Сет ковыряет в носу!» Все стали смотреть на меня и смеяться. Это было ужасно.
PLAYBOY: И это твое самое ужасное воспоминание? Как тебя дразнили за то, что ты ковырял с носу?
РОГЕН: Да. Ничего ужаснее со мной в детстве не случалось.
PLAYBOY: Какая встреча с фанатом запомнилась тебе больше всего?
РОГЕН: На прошлой неделе в книжном магазине меня заметил какой-то парень лет 20. Его физиономия выглядела очень смешно, когда он узнал меня. Он воскликнул: «О Боже! Вы – мой герой! Взгляните, какую книгу я собираюсь купить». В руках он держал книгу по сценарному мастерству и энциклопедию марихуаны. (Смеется.) Я подумал: «Да, предполагаю, я действительно твой герой».
PLAYBOY: Ты как-то балуешь себя? Ты не производишь впечатление человека, который может спустить гонорар на шикарную тачку или виллу в Малибу.
РОГЕН: На eBay я покупаю много японских безделушек в стиле поп-арт. Дома у меня внушительная коллекция. Я всегда был одержим комиксами. Я читал их тоннами. Если какой-то из моих фильмов тошнотворен, это потому, что я читал комиксы вместо того, чтобы изучать сценарий.
PLAYBOY: В «Ананасовом Экспрессе» ты очень убедительно сыграл укурка. Ты исключительно талантливый актер или же вас снабжали травкой прямо на площадке?
РОГЕН: (Смеется.) Нет, я не курил на съемках. И вряд ли бы это как-то помогло, поскольку, когда я трезв и когда обкурюсь, я играю почти одинаково. Вы никогда не сможете отличить. К тому же Джеймс Франко вообще не курит. Надеюсь, я сейчас не разрушил ничьих иллюзий. Франко и я никогда не курили травку вместе. Мы все время этому поражаемся.
PLAYBOY: А что вы использовали на съемках вместо марихуаны?
РОГЕН: Это было какое-то безобидное растение. Называется «Волшебный дымок». Я даже видел где-то его рекламу. Выглядит как марихуана и при этом совершенно не вставляет.
PLAYBOY: Как ты представляешь себе свое карьерное развитие? Ты же не сможешь играть нечесаных укурков всю жизнь, не так ли?
РОГЕН: Никак не представляю. Честно сказать, я об этом даже не думаю. У меня нет цельного карьерного плана. Я просто играю фильм за фильмом. И все.