Сергей Лукьяненко «Кваzи»

20.07.2016

Роман «Кваzи» мэтра российской фантастики Сергея Лукьяненко написан в жанре зомбиапокалипсиса.

Однако вместо толпы голодных мертвецов в поисках мозгов, которую вы уже успели себе представить, автор рассказывает о следующем этапе — превращении зомби в некое другое состояние под названием «кваzи». Когда к бывшим зомби возвращается разум и память, они могут работать и сосуществовать с людьми, но все же сильно от них отличаются. 

Книга выйдет 28 июля в издательстве «АСТ», а пока можете прочитать отрывок из нее на нашем сайте.

Сергей Лукьяненко Кваzи

Иллюстрация предоставлена издательством

Наверное, в идее заняться служебной рутиной, когда речь идет о мировой катастрофе, есть что-то нелепое. Но ведь даже в дни катастрофы жизнь продолжалась!

Карманники вытаскивали кошельки, пекари пекли хлеб, художники рисовали картины, строители строили — и не только заграждения и стены. Жизнь продолжается. Жизнь всегда продолжается.

Мы ненадолго заглянули в отделение, я порылся в списке дел, не требующих особой срочности, ловко увернулся от попытки Даулетдиновой все-таки усадить меня за отчет (пришлось сослаться на Михаила, который не оставляет ни одной свободной минуты), выбрал одно из заявлений и скинул себе на служебный планшет.

И мы поехали во второй Вышеславский переулок в Марьиной Роще.

— Район чужой, — пояснил я по дороге. — Но там дознаватель смертных дел в отпуске. Вот на нас и скинули их текучку. Если что-то срочное, то местные расследуют, а если ерунда — то нам, в рабочем порядке...

— Тут ерунда? — спросил Михаил.

— А кто его знает... Вот, заявление от соседей... — Я включил планшет. — «Я, гражданка Мухлынина, Зинаида Львовна... проживающая...» Вот! «Сообщаю, что проживающая по соседству семья Чаленко являются опасными кваzи. Они регулярно покупают сырое мясо, а также я обнаружила, что в зоомагазине «Дай лапу, друг» у них дисконтная карта и они покупают там регулярно живых мышей, что для кваzи является подозрительным и опасным!!!»

Сообщаю, что проживающая по соседству семья Чаленко являются опасными кваzи. Они регулярно покупают сырое мясо и мышей в зоомагазине

Три восклицательных знака, между прочим.

— Мы не едим мышей! — возмутился Михаил.

— Ну мало ли, — искренне веселясь, сказал я. — Может, ты и не ешь, держишься. А они едят. Ночью, под одеялом.

На лице Михаила отразилось искреннее отвращение.

— Я давно замечал, что есть в вас, кваzи, что-то кошачье, — продолжал я. — Но не думал, что дело уже до мышей дошло.

— Денис, мне неприятно.

— Хорошо, хорошо, — согласился я. — Но иногда в моей работе надо проявлять чувство юмора, иначе с ума сойдешь. К примеру, когда встречаешь кваzи-мясоеда.

Михаил нахмурился:

— Ты всерьез считаешь, что какой-то кваzи может есть мясо? Тем более живых мышей?

— Да нет, конечно, — успокоил я его. — Но ты же понимаешь, люди бывают разные. И основная масса, особенно из старшего поколения, к вам относится так же, как и я. Неприязненно.

— Мы не едим мяса, — буркнул Михаил и уставился перед собой. Через минуту добавил: — Я иногда вспоминаю, как ел котлеты, шашлыки. Помню, что мне нравилось. Я и выпить мог с удовольствием... в разумных количествах. Но все это в прошлом. Я не могу есть продукты животного происхождения физиологически. Меня вывернет наизнанку!

Мне вдруг стало неудобно перед Михаилом. Сознавать, что ты какое-то время бегал без памяти по лесам и полям, жрал червей и мышей, а может быть, и на людей нападал — достаточная причина не есть «продукты животного происхождения». И не желать вспоминать об этом.

— Извини, — сказал я. — Шучу. Ты бы знал, какие сумасшедшие вызовы от сумасшедших бабок у нас бывают. Тут без юмора реагировать — сам с ума сойдешь.

Мы запарковались возле старенького девятиэтажного дома невдалеке от московской синагоги. Такая блестящая идея заняться каким-нибудь простым и легким делом вдруг показалась мне дурацкой. Я даже понадеялся, что подозрительных кваzи в квартире не окажется. В конце концов, рабочий день...

Но дверь открыли через несколько секунд после звонка. Это был молодой мужчина-кваzи, серовато-голубая кожа не позволяла ошибиться, но на всякий случай я уточнил:

— Роман Чаленко?

— Да, это я, — спокойно ответил он. — Проходите.

Потом он увидел Михаила и на миг оторопел от неожиданности. Впрочем, говорить ничего не стал, посторонился, давая дорогу. Выглядел он крайне мирно, мышиных хвостиков у него изо рта не свисало. Одет Роман Чаленко был в старенький спортивный костюм, на ногах у него были тапочки, в общем, если постараться представить себе очень мирного и домашнего кваzи, то он вполне годился.

Одет Роман Чаленко был в старенький спортивный костюм, на ногах у него были тапочки, в общем, если постараться представить себе очень мирного и домашнего кваzи, то он вполне годился

— Капитан Денис Симонов, — представился я и, поскольку Михаил молчал, добавил: — Капитан Михаил Бедренец.

— Я и не знал, что у нас в полиции работают кваzи, — натянуто улыбнулся Роман.

— Никакой дискриминации, — сообщил я. — Приходите к нам работать, если хотите.

— Нет-нет, спасибо. Я программист. Меня вполне устраивает профессия.

Квартира была маленькой, две комнатушки, кухня, совмещенный санузел, куда вела дверь из прихожей. Еще в ней пахло. Мышами.

На самом деле для таких крошечных и симпатичных зверьков — мыши очень вонючие создания.

— У вас тут мыши завелись? — полюбопытствовал я. Чаленко вел себя очень доброжелательно, прав не качал, документы не спрашивал — хотелось прояснить ситуацию как можно неформальнее.

— Ох... — вздохнул он. — Понимаю... Зинаида Львовна, милая женщина, но... но... Пойдемте.

Вслед за Чаленко мы вошли в ту комнату, что побольше. У нормальных людей она называется гостиной или не в меру помпезно — «залом». У семейки кваzи это был, скорее, кабинет на двоих.

Жена Чаленко, одетая так же, как он, — в спортивный костюм, сидела за компьютером и задумчиво изучала экран, полный строчек машинного кода. При нашем появлении она повернула голову, криво улыбнулась и снова уставилась в экран. Ее серовато-голубая кожа лоснилась в свете монитора.

При нашем появлении она повернула голову, криво улыбнулась и снова уставилась в экран

— Юля, не отвлекайся, мы быстро, — сказал Роман. И извиняющимся тоном добавил: — Вы уж извините, она вся в работе, очень сложная программа и трудно выловить все баги...

— Ничего, — сказал я, озираясь.

Источник запаха сразу стал понятен.

Кроме двух столов с компьютерами в гостиной были только стеллажи вдоль стен. А на стеллажах — клетки и террариумы.

В клетках попискивали и суетились мыши. В нескольких террариумах лежали сонные толстые змеи.

— Любите животных? — растерянно спросил я.

— Еще с прежних времен, — ответил Роман. — Соседи порой жалуются на запах, но мне кажется, что на лестничной клетке ничем не пахнет. Мы регулярно проветриваем. Или пахнет?

— Нет, — признал я. — На лестнице не пахнет. Вы... разводите змей и мышей?

— Змеи не ядовитые, — быстро сообщил Роман.

— Ага. — Я кивнул. — Понятно. Как-то необычно. Змеи и мыши. Хищник и корм.

— Они не корм, — сказал Роман. — Они домашние любимцы. На корм я покупаю мышей в зоомагазине.

— Мыши любимые и мыши кормовые, — кивнул я. — Понятно.

Юля Чаленко снова повернулась, оскалилась в улыбке и опять уткнулась в экран.

— Соседка утверждает, что мы едим мышей, — сказал Роман. — Так глупо... Вы же понимаете, Михаил, что кваzи не едят живое...

Соседка утверждает, что мы едим мышей, — сказал Роман. — Так глупо... Вы же понимаете, Михаил, что кваzи не едят живое...

Михаил кивнул. Он не отрывал взгляда от супруги Чаленко.

— Мы очень заняты... — Я бы сказал, что Роман нервничает, если бы кваzи умели нервничать. — Такая большая сложная работа, надо завтра сдавать... аврал, не везет...

— Не везет, — сказал Михаил.

Роман запнулся.

— Мне очень жаль, — сказал Михаил. — Когда вы возвысились?

— Два года назад, — ответил Роман. Покосился на меня. — Возвысился... я был в Солнцево, в резервации номер три... Это Юля меня туда поместила. Довольно дорого там находиться. Но там очень большой процент возвышений, попасть туда считается удачей. Она верила, что дождется меня. И не дождалась всего два дня. Умерла... у нее был рак. Я тоже поместил ее в солнцевскую резервацию... и вот такая удача, она тоже очень быстро...

Возвысился я два года назад в Солнцево, в резервации номер три... Довольно дорого там находиться. Но там очень большой процент возвышений, попасть туда считается удачей

— Удача, — повторил Михаил. — Что же вы делаете, Роман?

Роман Чаленко молчал.

— Вы друг друга по-настоящему любили, я вижу, — сказал Михаил. — Да, если бы к вам не зашел другой кваzи...

— Михаил, в чем дело? — спросил я.

— Она не кваzи, Денис, — даже не глядя на Юлю, ответил Михаил.

— Как это «не кваzи»? — я шагнул к Юле Чаленко.

— Уэ-э-эа! — вдруг завыла женщина-кваzи. Неловко вскочила, отпихивая офисное кресло, то покатилось ко мне на колесиках, я отбил его обратно ногой. Когда Юля вскочила, куртка от спортивного костюма задралась — и обнажившаяся кожа на животе уже не была серо-голубой. Она была черно-серой, изъязвленной, бугристой.

— Это восставшая! — выкрикнул я очевидное и схватился за рукоять мачете.

— Не трогайте ее! Не трогайте! — закричал Роман, раскинув руки и заслоняя Юлю от меня.

— Сядь! Сядь немедленно, Юлечка! Молчи! Сядь, смотри в экран! Постанывая и подвывая, ряженая восставшая попыталась присесть возле компьютера. Едва не упала — Роман успел подставить ей откатившееся кресло.

— В экран! — повторял Чаленко, будто надеялся обратить время вспять. — Смотри в экран! Молчи! Смотри!

— Вы ее выкрали из резервации? — спросил Михаил с любопытством. — Как? Взятка?

— Никто не виноват, — пробормотал Роман. — Я ее... я ее вызвал. Я стоял у ограды. Вы же знаете, любопытные и родственники часто приходят... есть места, где даже можно перелезть внутрь... я стоял и звал... и она пришла... она меня узнала. Я не мог ее туда обратно...

— Она вас не узнала, — сказал Михаил. — Не обманывайте себя. Вы хорошо управляете кваzи. Вот и сумели прицельно выманить бывшую жену...

— Она не бывшая!

— Выманить жену к себе, — не стал спорить Михаил. — Роман, что же вы делаете? Вы понимаете всю опасность ситуации, которую создали?

— Она не опасна, не опасна! — горячо сказал Роман. — Я ее контролирую! Она хорошо себя ведет. Я забочусь. Только мыши... а иногда я куриц живых покупаю... Ей становится лучше, она возвысится.

Я ее контролирую! Она хорошо себя ведет. Я забочусь. Только мыши... а иногда я куриц живых покупаю... Ей становится лучше, она возвысится!

— Здесь она у вас никогда не возвысится, Роман, — сказал Михаил. — Никогда. Ее надо вернуть в резервацию.

— Почему не возвысится? Она возвысится! Она умнеет!

— Она не умнеет, вы обманываете самого себя. — Михаил достал из кармана пластиковые хомутики, отстранил Романа и начал спокойно стягивать Юле руки. Та не сопротивлялась — воля кваzи держала ее крепче стали.

— Как долго она у вас?

— Полтора года, — зачарованно глядя за действиями Михаила, ответил Роман.

— Удивительно. Как вы ее удерживали? Вам ведь тоже надо спать.

— Мы спим вместе. Я ее обнимаю, я просыпаюсь, если она пытается встать.

У меня по спине озноб прошел, когда я представил себе эту картину.

— Мыши, наверное, еще и для того, чтобы отбить запах? — спросил Михаил. — Я-то все равно чувствую. Запах мертвого, запах восставшего...

— Она не мертвее нас с вами! — закричал Роман. — Она только в беспамятстве!

— Ее метаболизм не завершен, — рассудительно произнес Михаил. Присел и стал стягивать Юле ноги. — Она уже не человек, но еще не кваzи. Она хищный зверь, и вы должны это понимать.

— Нет! — закричал Роман и вскинул руки, явно нацеливаясь ударить Михаила по затылку. Убить так, конечно, кваzи не убьешь. Но на время вырубить можно.

Что я и продемонстрировал, со всей силы ударив Романа по голове рукоятью мачете. Я ни на секунду не сомневался, что он не позволит Михаилу вот так вот просто увезти восставшую, и был наготове. Роман рухнул на пол.

— Вы идиот, Чаленко! — крикнул Михаил. — Денис, арестуй его!

Роман слабо шевелился, пытаясь встать.

— Будете сопротивляться, я вас лично порву на клочки! — угрожающе рявкнул Михаил. — Вы позор всех кваzи!

— Я не могу... не могу без нее... — бормотал Роман, пока я стягивал ему руки и ноги — руки спецнаручниками, а ноги пластиковыми хомутиками. Сразу тремя, на всякий случай.

— Не можете — идите работать в резервацию! Там нужны кваzи с таким потенциалом влияния, как у вас! Идиот!

Роман рыдал. Слезы у кваzи не текут, у них гораздо слабее развиты слезные железы. Но он именно рыдал, пусть щеки и оставались сухими.

Роман рыдал. Слезы у кваzи не текут, у них гораздо слабее развиты слезные железы. Но он именно рыдал, пусть щеки и оставались сухими

Юля начала тихо поскуливать, глядя на Романа.

— Она что, и впрямь что-то понимает? — поразился я.

— Нет, она индуцирована его реакцией, — сказал Михаил. — Вызывай перевозку. Отправим ее обратно в резервацию. А его... его в наше консульство. Пусть у консула голова болит.

Надежно упаковав сидящего на полу Романа, пусть тот и перестал сопротивляться, я встал, посмотрел на дикую комнату, в которой мы находились.

Мыши для еды. Змеи... змеи, очевидно, чтобы оправдать покупку мышей. Жрала восставшая от пуза, как энергично ни плодились несчастные грызуны, ей этого явно не хватало.

Надо же — безумная соседка оказалась проницательной, будто мисс Марпл. Придется писать ей благодарственное письмо.

— Михаил, — сказал я, доставая телефон.

— Что, Денис?

— Сейчас, когда мы их отправим... Мы сядем где-нибудь тет-а-тет. И ты мне расскажешь.

— Что еще?

— Почему она «никогда не возвысилась бы» здесь. И как вообще возвышаются восставшие.

Михаил посмотрел на меня. Покачал головой:

— Ты не хочешь этого знать.

— Не хочу. Но должен. И ты мне все расскажешь.

Читайте также отрывки из книг:

Мариша Пессл «Ночное кино» >>

Ирвин Уэлш «Сексуальная жизнь сиамских близнецов» >>

Норб Воннегут «Боги Гринвича» >>

Жан-Поль Дидьелоран «Утренний чтец» >>

Этгар Керет «Микки» >>

А.Дж. Риддл «Чума Атлантиды» >>

Герман Кох «Звезда Одессы» >>

Блейк Крауч «Сосны. Заплутавшие» >>

Чак Паланик «Полный папец» >>

Донни Уотсон «В ногах моих — огонь» >>