Актриса и комикесса Миель Бредоу: о загадках самоудовлетворения

11.09.2020

«Перед тем как начать исследовать мастурбацию, мне нужно было сначала согласиться с тем, что я достойна удовольствия».

Актриса и комикесса Миель Бредоу: о загадках самоудовлетворения

Фото Playboy USA

Американская актриса, комикесса и ведущая подкастов Миель Бредоу эксклюзивно для Playboy USA написала небольшое эссе о своих взаимоотношениях с мастурбацией, к которой она пришла только к двадцати четырем годам.

Актриса и комикесса Миель Бредоу: о загадках самоудовлетворения
Фото Playboy USA

«Я слышала, Аманда любит мастурбировать в ванной под включенным краном». В седьмом классе после урока физкультуры я стояла в раздевалке возле своего шкафчика и пыталась извлечь свой мокрый спортивный бра из-под обычного бюстгальтера на косточках. Таким хитромудрым способом я придумала прятать свои соски, чтобы их никто никогда не смог разглядеть.

Случайно услышанный разговор одноклассниц стал неожиданным бонусом.

«Я слышала, Аманда любит мастурбировать в ванной под включенным краном!»

«Что?»

«В позе... морской звезды».

«А почему она не использует для этого лейку душа?»

«У нее нет душа».

Если бы я не была так занята своим шибари с двумя бюстгальтерами, я бы, наверное, воскликнула: «Но ведь душ принимают совсем не так!» — или: «А она может забеременеть от воды?» Но я бы никогда не решилась задать единственный вопрос, на который должна была ответить сама: зачем?

Актриса и комикесса Миель Бредоу: о загадках самоудовлетворения
Миель Бредоу с Адам Коновером, который также написал для Playboy эссе об удовольствии // Фото Playboy USA

Я не была религиозной. Я не была помешана на сохранении девственности. Я ругалась как сапожник и получала за это от взрослых. Я даже знала, что такое минет (тогда я называла его «миньет»). И именно я как-то в школьной столовой за общим столом гордо сказала во всеуслышание: «Я уверена, что аппликатор от тампона остается снаружи». Но мастурбировать????

Посмотреть эту публикацию в Instagram

japan??? correct

Публикация от miel (@mielmonster)

Со временем я обнаружила, что мастурбация — это как тереть лампу Аладдина в пещере, только пещера — это джинсы без джинна. Даже просто думая об этом, я казалась себе грязной. Как можно было получить такое удовольствие, которое бы перекрыло унижение, сопровождающее весь этот процесс, нелепые звуки и малопривлекательные выражения, которые я могла издавать? Как гадко бы обо мне подумали, если бы об этом стало известно, и как мерзопакостно я бы непременно себя чувствовала после всего?

Но самое главное, меня всегда преследовала коварная мысль, с которой я практически стала идентифицировать себя: кто сказал, что я достойна испытывать удовольствие?

Может быть, я бы ощущала себя по-другому, если бы на дверях моей спальни был замок.

Если бы я любила свое тело.

Если бы я ходила в школу с лучшим сексуальным образованием.

Если бы у меня была хотя бы кроха самоуважения.

Если бы я дружила с такими девочками, как Аманда, или вообще с любыми девочками.

Если бы я смотрела ситкомы для взрослых типа «Большой рот» (Big Mouth), или сериалы о подростках типа Pen15, или фильмы о взрослеющих девочках типа «Образование» (Booksmart), да, собственно, любой контент, который нормализирует сам факт женского самоудовлетворения.

Но у меня всего этого не было. И в моей голове приятно должно было быть другим людям, но не мне.

Всю старшую школу стыд преследовал меня, как рюкзак на колесиках, с которым, по настоянию моего мануального терапевта, я должна была ходить в школу. Тогда я еще не знала, что это был «стыд». Я думала, это была «правда». В то время я уже начала получать какой-то сексуальный опыт с другими людьми, но всегда оправдывала его перед самой собой тем, что это они хотели.

Я гордилась тем, что я была «спокойная», «нетребовательная» и «простая». Но чтобы я... испытывала возбуждение и хотела секса? Ха-ха!

Актриса и комикесса Миель Бредоу: о загадках самоудовлетворения
Миель Бредоу с Адам Коновером, который также написал для Playboy эссе об удовольствии // Фото Playboy USA

Я была так предана идее не будить свое либидо, что мне это легко удавалось годами. Я стала «девушкой, которая никогда не мастурбировала» (покойся с миром, Стиг Ларссон). Я даже начала об этом шутить — типа у меня маленькие руки (как будто отсутствие мясистых больших пальцев и размаха ладони на октаву автоматически исключали меня из группы любителей теребить фасолинку).

Хотела бы я рассказать, как меня обуял дух секса, и я включила I’m Every Woman Уитни Хьюстон и довела себя пальцами до чувственного исступления. Но реальность прозаична: мой сочувствующий бойфренд подарил мне вибратор.

Не для него, не для нас, а просто для меня. Я покатилась со смеху: «Только не в этой жизни. Надеюсь, они принимают возвраты! Ой, он такой гладкий?!» Но потом, когда дома никого не было, я закрыла дверь на замок, выключила свет, зажгла свечи и устроила тест-драйв.

И сразу же мне стало понятно, почему Аманда лежала в ванной под открытым краном в позе морской звезды. Она пришла к этому в 12 лет. Я — в двадцать-мать их-четыре.