Когда Bunny бастовали: первая и последняя протестная акция девушек Playboy

20.01.2019

Раскрываем истинную причину единственной протестной акции Playboy Bunny!

preview_ap_7506180129

Фото: архив Playboy USA

Субботним днем в июне 1975 года перед глазами жителей американского города Чикаго предстало редкое зрелище: 10 девушек, переодетых в сексапильных банни (от англ. bunny girl — дословно «девушка-кролик»), дефилировали с протестными транспарантами по Мичиган-авеню перед клубом Playboy.

На лозунгах было написано «Политика Playboy несправедлива по отношению к Банни» и «Освободите Банни».

Это был небывалый случай — прежде всего потому, что девушкам запрещалось носить костюмы банни Playboy за пределами клуба. Протестная акция мгновенно привлекла внимание: машины останавливались, по тротуару было не пройти.

«Cамый прекрасный протест в мире», как Playboy его позже назовет, был не совсем тем, чем казался

К глазеющим прохожим присоединились репортеры, фотографы и телевизионщики с камерами, а полицейские тем временем достаточно нерешительно пытались сдержать ход демонстрантов.

Под предводительством 25-летней Шерон Гвин и 20-летней Лоры Лайонс (будущей плеймейт, которая буквально перед этим получила звание «Банни года» в Чикагском клубе) девушки требовали изменить строгие правила, применявшиеся к их условиям работы.

Они хотели, чтобы им разрешили пользоваться на работе полными именами и встречаться с членами клуба. Также девушки хотели иметь право быть «хранителями ключей» — на одном из транспарантов было написано: «Ключи Playboy — для Банни Playboy». Это был 1975 год, и женское освободительное движение дошло и до клубов основателя Playboy Хью Хефнера.

Однако «самый прекрасный протест в мире», как Playboy его позже назовет, был не совсем тем, чем казался.

***

F_1711_1975_06_Bunny_Lib_by_T_Keller_06_w2

Исполнительный вице-президент Playboy Роберт Пройсс позирует с девушкой-банни. Фото: архив Playboy USA

Правила, против которых так возражали девушки, были установлены в 1960 году перед открытием первого клуба в Чикаго. Хефнер понял, что Playboy пополнил список врагов католической церкви, чьи позиции в Чикаго были очень сильны.

В 1959 году администрация церкви удачно надавила на городские власти, чтобы трехдневный джаз-фестиваль Playboy убрали из расписания футбольного стадиона Солджер-филд буквально за несколько дней до намеченной даты. (К счастью, было найдено новое место проведения.)

«В те дни все было по-другому — особенно в Чикаго, — говорит Пит Куволл, управляющий чикагским клубом в 1970-х гг. — По правде сказать, мэр [Ричард Дж.] Дейли никогда не любил чикагский клуб Playboy».

Девушкам было запрещено говорить свои имена и телефоны, велся строгий учет времени, проведенный с каждым клиентом

Клуб еще не успел открыться, а мэр, католическая церковь и другие высоконравственные контролирующие органы уже ожидали от Playboy хотя бы одного неверного движения.

Хеф и директор по рекламе Playboy Виктор Лоунс, который был ключевым лицом в разработке идеи клуба, опасались, что, если хоть один клиент уйдет домой с девушкой-банни, клуб закроют за проституцию.

Поэтому для наемных работниц были установлены строгие правила. Девушкам-банни было предписано быть дружелюбными, но не вступать в близкие отношения с клиентами. Им запретили давать свои номера телефонов и говорить фамилии. Также был строгий учет времени, проведенного с каждым постоянным клиентом.

Хефнер даже нанимал детективов, которые «проверяли» девушек, делая им различные преложения

«Вас бы уволили, если бы вы сходили с клиентом хотя бы на одно свидание, — вспоминает Гвин. — Если вы вне работы случайно встретили «хранителя ключей», об этом нужно было немедленно сообщить, чтобы не подумали, что вы с кем-то встречаетесь тайно».

Хефнер поставил своего брата Кита заниматься набором и подготовкой девушек. Чтобы показать всю серьезность намерений, Лоунс и Кит Хефнер сообщили внутри компании, что в клуб будут приходить тайные наблюдатели, которые станут проверять, следуют ли девушки правилам.

«Playboy нанимал частных детективов, которые бы приходили в клуб и пытались соблазнить девушек, делая им различные предложения, — рассказал мне Лоунс, когда я брал у него интервью для своей книги Playboy Swings. — Мы хотели обнаружить и устранить проблему до того, как ее заметил бы кто-нибудь еще».

Лиса Ароми, которая работала банни в нью-йоркском клубе в 1960-х и 1970-х гг., помнит только об одной девушке, которая попалась в ловушку, расставленную управлением клуба.

«Мы всегда распознавали детективов, — говорит она. — Во-первых, они очень хорошо выглядели, а это было уже не очень правдиво».

Введение строгих правил увенчалось успехом: за все это время в работу клубов не вмешивались ни обычная полиция, ни полиция нравов.

***

F_1711_1975_06_Bunny_Lib_by_T_Keller_05_w2

Лайонс и ее коллега обнимают Виктора Лоунса. Фото: архив Playboy USA

Но к 1975 году культура изменилась. Расцвет стиля диско достиг своей высшей точки; всего через два года откроется культовый ночной клуб «Студия-54».

На дискотеки женщины надевали куда более откровенные наряды, чем костюм банни. Именно в это время набирала силу вторая волна феминизма. Правила клуба казались все более устаревшими.

«В те дни женское освободительное движение действительно было на пике, — говорит Куволл. — Многие работающие в клубе девушки были возмущены условиями работы. Они хотели тоже приходить в клуб веселиться в свои выходные».

«Целью этих правил было нас защитить, но мы все были взрослыми и в защите не нуждались», — говорит Лайонс.

Наша личная жизнь должна быть личной! Кроме наших хвостов и ушей, нам терять нечего

Лоунс согласился и предложил такое решение, которое осовременит правила клуба согласно текущему историческому моменту, а также привлечет внимание к компании.

«Playboy всегда любил заниматься социальными вопросами, — говорит Куволл. — Как-то мне позвонил Вик Лоунс и пригласил зайти к нему в офис. Он спросил: «Что, если нам устроить забастовку или протест? Это был бы хороший пиар для нас, заодно и продемонстрировали бы свою солидарность с женским освободительным движением».

И хотя идея шла от руководства, Лайонс сказала, что она и все сотрудницы очень хотят перемен. Они понимали, что за медийным событием в клубы придут улучшения. Девушки сообщили прессе о маршруте их запланированного пикета, и, как говорит Куволл, «то, что было потом, вошло в историю».

***

В ходе протестной акции Лайонс сказала Los Angeles Times: «Мы не злимся на Playboy, мы не злимся на Хефнера. Мы все за Playboy, но мы хотим перемен».

Частью плана бастующих девушек было отправить открытое письмо Хефнеру.

«Нам нравится быть девушками-банни, и чаще всего нам нравитесь вы, но иногда нам кажется, что вы кролик-шовинист, — начиналось письмо. — И хотя вы, безусловно, лидер сексуального освобождения, это вы положили начало освобождению «банни» 10 лет назад. Наша личная жизнь должна быть личной... Мы хотим, чтобы мир знал, что мы недовольны. Кроме наших хвостов и ушей, нам терять нечего».

«Хью проиграл битву в терновом кусте»

Хефнер, который в то время работал в Лос-Анджелесе, выждал несколько дней, прежде чем опубликовать ответ, в котором говорилось, что он был «расстроен, потому что многие из предложенных вами идей являются идеями, которые я обсуждал, а потом позволил отложить в долгий ящик... Я давно уже думал о том, что правила и нормы, которые мы установили в начале 1960-х годов, в 1975 году потеряли свой смысл».

Он продолжил: «Но я согласен с тем, что вы уже доказали миру, что девушки-банни — это взрослые, ответственные молодые женщины, полностью способные сами отвечать за свою личную жизнь». Хеф согласился выполнить все требования девушек. «Для нас освобождение банни — это реальность, а не лозунг».

Для пишущих заголовки это был счастливый день — уж как только они ни упражнялись в остроумии: «Хью проиграл битву в терновом кусте», «Банни сделали прыг-скок из-за правил Хефа», «Кроликов гладили против шерсти», «Хеф погнался за двумя зайцами».

F_1711_1975_06_Bunny_Lib_by_T_Keller_01_w2

Через какое-то время после забастовки девушки празднуют введение новых правил вместе с портретом Хефа. Фото: архив Playboy USA

Так что отсроченный ответ Хефа был тактическим ходом в целях породить вторую волну освещения в прессе. Куволл был потрясен степенью интереса прессы.

«Я за всю свою жизнь не получал столько телефонных звонков — звонят со всего мира, новостные агентства просят интервью о забастовке», — говорил он. Историю подхватили газеты и телеканалы всей страны, даже в Японии писали об этом. Консервативный New York Times выделил параграф на упоминание о пикете, а журнал Time крупно напечатал фотографию бастующих девушек.

Перемены были действительно нужны, поэтому никто не кривил душой

«Это все была рекламная кампания, чтобы осовременить клуб», — записал Хеф в июне 1975 года в своем альбоме с вырезками.

В конечном счете один журналист догадался, что на самом деле протест был искусно сыгранным пиар-ходом. Почти три недели спустя в статье с заголовком «Заказная забастовка банни» колумнист Chicago Daily News Майк Ройко процитировал слова бывшей девушки-банни, которая не пожелала назваться: «Протест был срежиссирован».

И да, по факту протест был согласованным, но перемены были действительно нужны, и поэтому никто (ни сами девушки, ни боссы компании) не покривили душой. Новые правила просуществовали вплоть до закрытия последнего из оригинальных клубов в 1991 году.

К слову, сегодня клубы переживают что-то типа «возрождения»: к примеру, один открылся в Лондоне и еще один — в самом центре Нью-Йорка, про него мы рассказывали подробно.

Кстати, у нас есть очень классный тест по теме: что ты знаешь о девушках Playboy Bunny?